ἠ̃λθεν ὁ υἱòς του̃ ἀνθρώπου ἐσθίων καὶ πίνων καὶ λέγουσιν ἰδοὺ ἄνθρωπος φάγος καὶ οἰνοπότης τελωνω̃ν φίλος καὶ ἁμαρτωλω̃ν καὶ ἐδικαιώθη ἡ σοφία ἀπò τω̃ν ἔργων αὐτη̃ς Мтф. 11, 19.

Пришел Сын Человеческий, ест и пьет; и говорят: вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам. И оправдана премудрость чадами её. Мтф. 11, 19.

Синодальный перевод опять несколько смягчает здесь слова оригинала. На самом деле текст должен звучать так: «Сын человеческий пришел, ест и пьет, и говорят вот этот человек — «обжора и пьяница».

Именно так звучат эти два греческих слова — φάγος (фАгос) – обжора, и οινοπότης, (ойнопОтэс) – пьяница, алкоголик.

Наверное, этих двух кощунственно-грубых слов смягчать не следует: знает, конечно, Господь, что делает, когда вспоминает их, с какой, должно быть, грустной и к человеческой глупости милосердной усмешкой!